6 апреля — Церковь чтит память прп. Заха́рии, постника Печерского, в Дальних пещерах (XIII–XIV)

В мо­на­сты­ре Пе­чер­ском есть сле­ду­ю­щее ска­за­ние о За­ха­рии, ино­ке Пе­чер­ском.

Во вре­мя игу­мен­ства бла­жен­но­го Ни­ко­на два му­жа ки­ев­ских, Сер­гий и Иоанн, од­на­жды, мо­лясь пред яв­лен­ной чу­до­твор­ной ико­ной Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, уви­де­ли ис­хо­дя­щий от нее ве­ли­кий свет и тот­час по­ло­жи­ли за­клю­чить меж­ду со­бой ду­хов­ное брат­ство. Иоанн пред смер­тью сво­ей вру­чил Сер­гию сы­на сво­е­го За­ха­рию и ты­ся­чу гри­вен се­реб­ра и сто гри­вен зо­ло­та с тем, чтобы се­реб­ро и зо­ло­то он от­дал За­ха­рии, ко­гда тот при­дет в со­вер­шен­ный воз­раст.

За­ха­рия, до­стиг­ши пят­на­дца­ти­лет­не­го воз­рас­та, про­сил у Сер­гия сво­е­го на­след­ства, но тот от­ве­чал, что его отец, Иоанн, раз­дал все име­ние свое ни­щим, а ему не оста­вил ни­че­го. За­ха­рия про­сил дать хоть по­ло­ви­ну или, по край­ней ме­ре, тре­тью часть остав­лен­но­го ему от­цом иму­ще­ства, но Сер­гий с уко­риз­ною ему от­ка­зал в этом. «Ес­ли ты не взял ни­че­го из име­ния мо­е­го от­ца, – ска­зал юно­ша, – то иди и кля­нись мне в церк­ви Пе­чер­ской пред чу­до­твор­ной ико­ной Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, где ты за­клю­чил со­юз бра­то­лю­бия с мо­им от­цом». Сер­гий при­шел в цер­ковь и, став­ши пред ико­ной Бо­го­ро­ди­цы, с клят­вой ска­зал, что он не брал ни ты­ся­чи гри­вен се­реб­ра, ни ста гри­вен зо­ло­та. Но Бо­го­ма­терь на­ка­за­ла его за лож­ную клят­ву. Он не мог при­бли­зить­ся к свя­той иконе, чтобы об­ло­бы­зать ее. А ис­хо­дя из цер­ков­ных две­рей, вдруг на­чал взы­вать: «Пре­по­доб­ные от­цы Ан­то­ние и Фе­о­до­сие, не ве­ли­те по­гу­бить ме­ня се­му неми­ло­сти­во­му Ан­ге­лу, мо­ли­тесь ко Пре­свя­той Гос­по­же Бо­го­ро­ди­це, да от­го­нит от ме­ня мно­гих бе­сов, ко­то­рым я пре­дан, пусть возь­мут се­реб­ро и зо­ло­то, за­пе­ча­тан­ные в мо­ем до­ме». И все быв­шие здесь при­шли в страх. По­слан­ные же при­нес­ли за­пе­ча­тан­ный ящик и, от­крыв­ши, на­шли в нем две ты­ся­чи гри­вен се­реб­ра и две­сти гри­вен зо­ло­та – вдвое про­тив преж­не­го. То­гда За­ха­рия, от­дав день­ги быв­ше­му в то вре­мя игу­ме­ном Иоан­ну, про­сил, чтобы он упо­тре­бил их как хо­чет, а сам при­нял ино­че­ский об­раз и скон­чал­ся в Пе­чер­ском мо­на­сты­ре. Ру­ко­пис­ное же крат­кое жиз­не­опи­са­ние и тро­парь ему в ка­ноне до­кан­чи­ва­ют это ска­за­ние тем, что За­ха­рия по по­стри­же­нии в мо­на­ше­ство по­ло­жил се­бе за пра­ви­ло до смер­ти не есть ни­че­го – ни пе­че­но­го, ни ва­ре­но­го, и пи­тал­ся вся­кий день по за­хож­де­нии солн­ца ма­лым ко­ли­че­ством зе­лия. Он был так стра­шен для бе­сов, что они бо­я­лись да­же его име­ни. Ча­сто ви­дел он Ан­ге­лов, с ко­то­ры­ми по смер­ти спо­до­бил­ся жить на небе веч­но. Па­мять его 24 мар­та.

См. также: Захария постник, в Дальних пещерах почивающий. Проф. С.И. Смирнов